Фильм Валерия Тодоровского «Большой» не избежал балетной фальши

Драматургия «Большого» выглядит так, словно бы затевалась с размахом на сериал, но потом авторам пришлось утрамбовывать сюжет, сокращая целые серии до отдельных сцен. В итоге получился не цельный полнометражный фильм, а скорее дайджест многосерийного телепроекта – в этом формате «Большой», вероятно, смотрелся бы органичней. Тем более что интерес тут в подробностях даже не закулисной, а школьной жизни такого специфического заведения, как академия хореографии. Где ходит легенда, что девственность можно потерять от растяжки. А выросшая грудь переводит балерину в костюмерши.

В фильме звучит главным образом музыка Чайковского, но не только: несколько оригинальных композиций написали Павел Карманов и Анна Друбич. И опытный минималист, и его младшая коллега сработали более чем удачно: написанные ими эпизоды отличаются приятным саундом. Прозрачно и ритмично сыгранные артистами из оркестра «Персимфанс», они не уступают страницам классика ни качеством дансантности, ни объемом пафоса, при этом напоминая, что героини фильма все-таки современные молодые люди.

Но если смотреть «Большой» балетными глазами, то приходится в очередной раз признать, что в кино балет упорно не приживается. Совсем не в силу своей эфемерности – витальность его обитателей способна обогатить не один сценарий. Но мало у кого хватает энтузиазма прорваться сквозь его условность и кастовую закрытость, за два века подвергшиеся минимальной модернизации. Над «Большим» явно трудилась масса консультантов: слух не режет неправильное употребление терминов, глаз – самодеятельные тела. Морщат мелкие детали, когда выпускница прямо с порога балетной академии попадает в прима-балерины (даже выдающиеся таланты, такие как Наталья Осипова или Ольга Смирнова, исполняя главные партии, ждали этого статуса не один год), а Большой театр оказывается обладателем единственной исполнительницы главной партии в «Лебедином озере», хотя во все времена талантов в нем достаточно на десяток Одетт – Одиллий.

Парадоксально, но балетная фальшь в «Большом» возникает именно потому, что авторы стремились сделать его максимально профессиональным. На роли главной героини и ее соперницы они выбрали профессиональных танцовщиц. Но киновыразительность и выразительность пластики – понятия разного рода. Роли достались актрисам, в балете профессиональных вершин не достигшим. Им веришь, пока они находятся вне репетиционных залов и сцены. Но как только они начинают танцевать (собственно, танцевальная часть ролей дублирована минимально), становится очевидно: это – не Большой.